Новости
Партнеры
Опросы
Лучшие сочинения
“Талант - искра Божия, которой человек сжигает себя, освещая этим пожаром путь другим” (В.О.Ключевский)
«И неподкупный голос мой был эхо русского народа...» (А. С. Пушкин о назначении поэта)
Я хочу рассказать вам о книге И. Падерина «Не уходя от себя»
Я себя убил или старушонку? (по роману «Преступление и наказание»)
Точка зрения Пушкина на предназначение поэта
На всех московских есть особый отпечаток
Книга, заставившая меня по-новому взглянуть на мир, на самого себя (По роману И. А. Бунина "Жизнь Арсеньева")
Образ поэта-пророка в лирике А.С.Пушкина и М.Ю. Лермонтова.
Образ поэта-пророка в лирике А.С.Пушкина и М.Ю. Лермонтова.
Трагическое одиночество поэта и его героя в творчестве М. Ю. Лермонтова
Образ Руси и русского народа в поэме «Мертвые души»
Изображение народа и Пугачева в повести А. С. Пушкина «Капитанская дочка»
Царь Борис
Образ народа в сказках М.Е. Салтыкова-Щедри-на и в поэме Н.А.Некрасова "Кому на Руси жить хорошо".
Трагическая судьба народа во второй мировой войне (По произведениям современной литературы)
Статьи
Поиск
Борис Годунов

БОРИС ГОДУНОВ —герой трагедии А.С.Пушкина «Борис Годунов» (перв. редакция — 1825, последующие до 1830; первонач. названия — «Комедия о царе Борисе и о Гришке Отрепьеве», «Комедия о настоящей беде Московскому государству, о царе Борисе и о Гришке Отрепьеве»; вариант жанрового обозначения — драматическая повесть). Историческим прототипом героя Пушкина является Борис Федорович Годунов (ок. 1552-1605) — боярин (с 1580), выдвинувшийся в годы опричнины, назначенный умирающим Иваном Грозным одним из опекунов его сына, Федора Ивановича; фактический правитель страны в царствование последнего; с 1598-го — царь и великий князь всея Руси. При создании образа основным источником послужила «История государства Российского» Н.М.Карамзина. От сюда Пушкин почерпнул сведения о том, что погибший в Угличе малолетний царевич Димитрий был убит по наущению Годунова. Эту легенду, достоверность которой во времена Пушкина вызывала серьезные сомнения, поэт положил в основу трагедийной коллизии. Стремясь «воссоздать век минувший во всей его истине», Пушкин тем не менее творит художественный образ, в котором черты исторического лица нанесены на портрет, сложившийся в воображении поэта. Помимо реального прототипа у пушкинского Б.Г. имеется ряд литературных прообразов. Это прежде всего герои Шекспира — Генрих IV, Ричард 111, Король Джон, Макбет, Клавдий. В Б.Г. можно проследить следы персонажей классицистической трагедии (в частности, Гофолии Расина). Влияние последней особенно существенно с точки зрения художественной эстетики образа. На Б.Г. не распространяется пушкинская формула стиля этой трагедии: «стиль трагедии смешанный» (письмо к Н.Н.Раевскому, 1829). Весь образ Б.Г. выдержан в едином патетическом стиле, тогда как Самозванец олицетворяет «смешанный стиль», соединяющий высокое и низкое, патетику и буффонаду, стихотворные и прозаические диалоги, что вполне соответствует образу романтического героя, каким является этот персонаж. Б.Г. и Самозванец, будучи сюжетными противниками, одновременно выражают противоборство двух художественных направлений — классицизма и романтизма. (Последнее способно многое объяснить в оценках героев трагедии современной Пушкину критикой: почему, например, П.А.Катенин ополчался на Самозванца, а В.Г.Белинский был особенно резок в суждениях о Б.Г.) Образ Б.Г. присутствует во всех (двадцати трех) сценах трагедии, начиная с самых первых реплик, из которых выясняется, что, «затворясь в монастыре с сестрою, он, кажется, покинул все мирское». Об «ужасном злодействе», совершенном Годуновым, ведут диалоги Шуйский и Воротынский, Пимен и Григорий Отрепьев, правление Бориса обсуждают Шуйский и Афанасий Пушкин; о его свержении говорит Марина Мнишек «у фонтана» — и так далее до последних сцен, когда толпа штурмует Кремль, чтобы «вязать Борисова щенка», а потом, узнав о новом злодействе («Мария Годунова и сын ее Феодор отравили себя ядом»), — «в ужасе молчит».

Незримо присутствуя на всем протяжении действия, Б.Г. непосредственно появляется ‘только в шести сценах трагедии. Его роль включает пять больших монологов и почти лишена диалогов. Последние остаются неразвернутыми, как бы обрываются на полуслове. Еще Н.А.Полевой не без иронии заметил, что пушкинский Б.Г. все время уходит. Ремарка «уходит» повторяется с редким постоянством. В первой своей сцене, после коронации, Б.Г, выслушав присягу бояр, уходит поклониться «гробам почиющих властителей России». В пятнадцатой картине просит беседы у Патриарха и сразу уходит. Услышав страшное обвинение Юродивого, опять уходит. В последней своей сцене сообщает Басманову, что «нужно поговорить», и уходит. Почти во всех случаях ремарка «уходит» возникает в момент, когда должен начаться диалог, способный прояснить нечто существенное. Уход буквальный (со сцены, из действия) символизирует психическое состояние Б.Г, его постоянное желание погрузиться в себя, спрятаться от посторонних глаз. Это, однако, не только состояние, но и положение Бориса, который, по его же словам, «отложил пустое попеченье»: став царем, по существу ушел от государственных дел и своих царских обязанностей; тем самым обрек себя на человеческое одиночество и социальную изоляцию.

Б.Г. у Пушкина — носитель трагической вины. Его вина не в убийстве царевича Димитрия. Это скорее трагическая ошибка, гамартия, по терминологии Аристотеля. Вина же Б.Г. (вина социальная и онтологическая) в том, что он принял на себя роль, оказавшуюся ему не по силам, взялся за царский гуж и его не выдюжил. Узнав, сколь тяжела шапка Мономаха, столкнувшись с неблагодарностью народа, посчитал самым лучшим отложить попеченье, полагая это занятие совершенно пустым. За ошибку Б.Г. судит себя сам, в полной мере осознавая, насколько «жалок тот, в ком совесть нечиста». Однако вины своей перед народом Б.Г. так и не понял, расценив как безумство, «когда народный плеск иль ярый вопль тревожит сердце наше». За эту вину, за бессердечие власти судит Б.Г. народ и осуждает его на гибель, отказав в поддержке «мнением народным». В конечном счете Б.Г. расплачивается за то, что все время «уходит». Наступает момент, когда начинают уходить от него — все приближенные, самые доверенные ему лица, подобно Басманову. Однако этот повсеместный уход царя от бояр и народа, народа от царя, всех от всех тем гибелен, что оставляет государство московское в состоянии анархии, делая его легкой добычей для интервентов.

Образ Б.Г. вызвал разноречивые толкования в современной Пушкину критике. Н.А.Полевой считал, что характеру героя недостает развития — показано одно лишь состояние предсмертной агонии обреченного на муки совести царя-преступника. В.Г.Белинский усматривал в пушкинском персонаже «мелкий и ограниченный взгляд на натуру человека». Как «жалкую мелодраму» расценил критик мысль поэта — «заставить злодея читать самому себе мораль». Иную оценку образу дал Н.И.Надеж-дин: герой, показанный «под карамзинским углом зрения, никогда еще не являлся в столь верном и ярком очерке». А.А.Дельвиг отмечал»Шв.Г. изображение «самых тайных изгибов сердца его».

Это интересно

трагедии, уходит, когда, народа, героя, Пушкин, Пушкина, своей, состояние, «уходит», действия, особенно, время, Борис, Самозванец, последней, Однако, Годунова, НАПолевой, образ, Характеристики героев